Самые известные итальянские дизайнеры — Доменико Дольче и Стефано Габбана — в конце октября прилетали в Москву на открытие нового бутика. О своей долгоиграющей истории любви с Россией они рассказали в эксклюзивном интервью HELLO!.
Дизайнерский дуэт Dolce&Gabbana обладает стопроцентной узнаваемостью: они знакомы даже тем, кто никогда не интересовался модой. Доменико Дольче и Стефано Габбана основали бренд в начале 80-х и сразу обозначили свой стиль — это бескомпромиссная роскошь, сексуальность и любовь к родной Италии. В числе посланниц марки были и остаются Моника Беллуччи, Изабелла Росселлини, Скарлетт Йоханссон, Пенелопа Крус. Эти дизайнеры в буквальном смысле боготворят женщин. Невзирая на тренды, они из сезона в сезон создают вневременной, исключительно женственный стиль. Никакого гранжа, никакой андрогинности. Такой подход пошел на ура во всем мире, но в России — в особенности.
Впервые Доменико и Стефано приехали в Москву десять лет назад, чтобы открыть свой первый бутик в «Барвихе Luxury Village». С тех пор количество российских поклонниц Dolce&Gabbana значительно возросло. Дизайнеры это понимают, поэтому недавно они создали капсульную коллекцию Moscow, полностью посвященную нашему городу. Чтобы представить ее в новом бутике в Третьяковском проезде, Дольче и Габбана сами прилетели в Москву.
Ребята, вы уже столько раз бывали в Москве! Как вам кажется, город сильно изменился за последние десять лет?
Стефано: Да, конечно!
Доменико: Мир вообще сильно изменился за последние десять лет. (Смеется.) Чувствуется, что в Москве вырос уровень жизни, она стала настоящей мировой столицей. Здесь появилось столько новых баров, ресторанов, ночных клубов… Правда, мы по-прежнему ходим в «Кафе Пушкинъ» и «Мари Vanna». Я обожаю русскую кухню! Особенно черную икру — она совсем не такая, как в Италии.
А в других городах России удалось побывать?
Стефано: Да, мы были в Санкт-Петербурге. Удивительно, насколько Москва и Петербург непохожи друг на друга, они такие же разные, как Рим и Милан! В Москве сосредоточен весь бизнес, здесь люди вечно куда-то спешат, зато в Северной столице удивительная архитектура. Там мы чувствуем себя как дома, потому что Петербург все-таки более европейский город.
Русские девушки обожают Dolce&Gabbana. Как вы считаете, у нас есть свой особенный стиль?
Стефано: Мне очень нравится, как русские девушки повязывают платок на голову. Может быть, сейчас это покажется старомодным, но это же так красиво!
Доменико: Когда мы гуляли по Москве, я был потрясен, сколько здесь красивых и модных девушек на улицах. Если честно, то русские более элегантные, чем европейки. У нас недавно был завтрак с клиенткой, так вот, я был заворожен, с каким уважением она относится к своей внешности, к своему телу. При этом она оставалась естественной, ухоженной, но без фанатизма. От нее было невозможно оторвать взгляда.
Стефано: Вы, русские, по-настоящему цените свою женственность. Для вас важно исполнять роль жены, матери — это здорово.
Что вы думаете по поводу возвращения в моду 90-х?
Доменико: Господи, только не это! Я считаю, это худший период в истории моды. Начало 90-х еще оставалось гламурным, это было время супермоделей — Линды, Наоми, Кристи. Потом начался какой-то тихий ужас под названием «минимализм». (Смеется.) Только представьте, девушки отказались от каблуков, ювелирных украшений, макияжа! Просто перестали быть стильными, элегантными. Слава богу, в начале 2000-х нам удалось сломать эту стену.
Вы однажды сказали, что иногда женщина не осознает своей сексуальности, пока не наденет платье Dolce&Gabbana. В чем ваш секрет?
Доменико: Мы хорошо знаем женскую фигуру и относимся к ней с должным почтением. Мы никогда не ставили во главу угла тренды. В первую очередь для нас важно подчеркнуть феминность, а уже потом следовать модным тенденциям.
Стефано: Если вы посмотрите видео с нашего первого показа, то не заметите особой разницы между ним и нашим последним шоу. Мы с самого начала работаем в одном направлении. Однако мы никогда не показываем полностью обнаженное тело, мы действуем тонкими намеками.
На вашем последнем показе в Милане модели на подиуме все время делали selfie. А вы сами этим грешите?
Доменико: Кто — мы?! Нет, что вы. Мы предпочитаем показывать людям свою работу, а не самих себя. Наши лица и так все знают. (Смеется.)
Когда вы создали свою первую коллекцию Alta Moda (с итал. — «Высокая мода»), вы сказали, что не желаете видеть ее на знаменитостях. Почему?
Доменико: Потому что нашим клиенткам это не понравится. Они не хотят носить те же платья, в которых знаменитости уже прошлись по красной дорожке. Они хотят получить уникальное платье, созданное в единственном экземпляре. В этом и заключается суть коллекции Alta Moda.
Расскажите о коллекции Moscow.
Стефано: Мы создавали ее с большой любовью к русским женщинам. Коллекция выполнена в традиционном стиле Dolce&Gabbana, но вы сразу поймете, что она посвящена России. В ней есть пальто из меха лисы, сурка и кожи крокодила, накидки, отделанные мехом каракульчи и альпаки, платья из парчи с крупными камнями.
Ваша главная муза — Моника Беллуччи. Вы помните, когда впервые встретили ее?
Стефано: Это было так давно! Примерно в 1991 году нам ее посоветовало одно модельное агентство. Моника, конечно, никогда не была подиумной моделью, но она — настоящая девушка с обложки. Она пришла на кастинг и просто не оставила нам выбора. Какая же она красивая! В результате Моника всего два раза участвовала в показах, а потом поняла, что ей это не очень интересно, и переехала в Париж — строить карьеру в кино. Зато Беллуччи и сегодня продолжает сниматься в наших рекламных кампаниях.
Доменико: Мы выросли вместе: она стала кинозвездой, а мы — известными дизайнерами. Это дружба на всю жизнь. Жаль, что в этот раз Моника не прилетела вместе с нами в Москву: она же теперь девушка Бонда. (Улыбается.)
Текст:
Анастасия Корн/HELLO!
Фото: Пресс-служба Dolce& Gabbana